«Перековать мечи на орала» — знаменитое выражение из Библии знают все. Но никто не спешит переделывать оружие в средства мирного труда. Лишь один раз в истории Россия попыталась перековать свои пушки — правда, не на плуги-«орала», а всего лишь в медные пятаки…
В середине XVIII века царица Елизавета вела тяжелую войну с королём Пруссии, имевшим тогда лучшую армию в Европе. Баталии пожирали деньги даже быстрее чем солдатские жизни. Именно тогда впервые власти России задумались о введении бумажных денег, но всё же не решились на столь радикальный шаг. Зато в марте 1760 года утвердили предложение графа Петра Шувалова, главы всей русской артиллерии, «испеределать излишние пушки в деньги».
Артиллерийские орудия и большая часть мелкой монеты тогда изготовлялись из меди. Если деньги всегда были в дефиците, то устаревших, неисправных и трофейных пушек в Российской империи после Петра I накопилось немало.
На пушечном заводе в Сестрорецке под Петербургом провели финансовый эксперимент. Взяли старую пушку, весом 21 пуд 7 фунтов (347,2 кг). В то время из такого количества чистого металла можно было отчеканить медной монеты на внушительную сумму 337 рублей 22 копейки. Однако экспериментаторы тщательно подсчитали потери металла при переплавке и все расходы, от стоимости угля в печи до зарплаты чеканщика. Итог получился вдохновляющим — каждый пуд старой пушечной меди, переделанный в пятикопеечные монеты, приносил казне 9 рублей 51 копейку чистой прибыли.
Граф Шувалов подсчитал, что только в Москве и Петербурге имеется свыше 50 тысяч пудов меди в старых пушках. Потенциально это давало свыше 13 миллионов медных пятаков! На радостях глава русской артиллерии решил пойти ещё дальше и учредить при своём ведомстве настоящий банк. Жена генерал-фельдмаршала Петра Шувалова была близкой подругой императрицы Елизаветы, а его двоюродный брат открыто занимал «должность» фаворита царицы — поэтому идею тут же утвердили официальным указом.
Так 10 марта 1760 года появился один из самых первых банков в России — «При Артиллерийском и Инженерном корпусе собственный Банк на счёт сумм от передела медных пушек». Указ об учреждении столь экзотической кредитной организации был коротким, едва ли не половину текста занимало перечисление всех титулов и регалий «Сенатора, Генерал-Фельдцехмейстера и Кавалера Графа Петра Ивановича Шувалова»
Уставной капитал необычного банка равнялся 1 912 238 руб. — как подсчитали секретари Шувалова, ровно столько царская казна не доплатила артиллерийскому ведомству по утверждённым сметам с 1711 по 1760 год. Эту сумму «Артиллерийский банк» должен был получить самостоятельно, переделав старые пушки в монету. Проценты от выдачи кредитов должны были идти на развитие русской артиллерии «дабы впредь в деньгах недостатков последовать не могло».
Известно, что первым клиентом банка стал английский купец Вильям Гом, получивший огромный по тем временам кредит в 100 тысяч рублей под 6% годовых на срок в 10 лет. Эти деньги тут же ушли в личный карман графа Шувалова, но абсолютно легально — английский коммерсант выкупил у графа пожалованное царицей монопольное право вырубки лесов у Белого моря.
«Артиллерийский банк» просуществовал недолго. Царица Елизавета и граф Шувалов умерли почти одновременно в самом начале 1762 года. Занявший престол Пётр III тут же остановил переделку пушек в монеты — покойный граф делал пятаки прежде всего из трофейных прусских орудий, а новый император стремился помириться с королём Пруссии.
Производство денег из пушек возобновила лишь свергнувшая своего мужа царица Екатерина II. На этот раз процессом заведовал уже её фаворит — знаменитый Григорий Орлов, получивший титул графа и должность главы артиллерии. Часть уникальных и старинных пушек, предназначенных стать медными пятаками, он велел сохранить для потомков в музее.
Вскоре обильная и качественная медь с Урала сделала ненужной «финансовую» операцию при помощи артиллерии. К тому времени, по подсчетам историков, Российская империя «перековала» около 1000 пушек, получив из них копеечных монет на 147 633 руб. и пятикопеечных — на 496 652 руб.
Алексей Волынец
