Сегодня я наткнулся на "мрачную страницу" германской истории. На Казимира, маркграфа Бранденбург-Кульмбаха. Все началось с того, что Фридрих I, маркграф Бранденбурга, Ансбаха и Кульмбаха даровал своему старшему сыну права штатгальтера, так как он был в частых поездках. В 1515 году Казимир вместе со своим братом Георгом "Благочестивым" (мне до сих пор непонятно за что ему дали этот титул

) свергнули своего отца. Маркграфство было в больших долгах, а братья в это время кутили и тратили деньги при Венгерском дворе. В 1525 году началась Крестьянская война. Разбив неорганизованные армии крестьян, Казимир устраивал массовые казни прямо на собственной земле. Тысячи мятежников были казнены и десятки деревень соженны дотла. Известно, что сам Казимир поодиночке убил около 300 человек в местечке Feuchtwangen. Но верх его зверств проявился в городе Китцинген. Здесь Казимир устроил показательное наказание над мятежниками, пообещав бейлифу, что их жизнь будет сохранена. Всем бунтовщикам отсекли средний и безымянный палец, также всех их ослепили и изгнал их из своего маркграфства. Его "капитан" Август прямо у него на глазах зарезал 58 человек, только за то что они сказали, "что не хотели больше видеть маркграфа". Даже в те времена эти ужасы считались чудовищными зверствами. Из донесений тех лет: "Рыночные площади Роттенбурга и Швайнфурта залиты кровью обезглавленных повстанцев". Лев Кривин посвятил этому извергу стихотворение с таким названием: "О СУДЬБЕ ЖИТЕЛЕЙ КИЦИНГЕНА, ОСЛЕПЛЕННЫХ МАРКГРАФОМ КАЗИМИРОМ И МАРКГРАФОВОЙ ДАЛЬНЕЙШЕЙ СУДЬБЕ"
"И наступит в Германии мир,
И приблизится час возмездья,
И кровавый маркграф Казимир
Заболеет кровавой болезнью, —
А слепые всё будут идти
По земле среди вечного мрака,
Проклиная земные пути
И жестокую волю маркграфа.
На кого снизойдет благодать?
Каменисты пути и неровны…
Будет долго маркграф умирать,
Истекая поганою кровью.
Даже самый высокий ранг
Не спасает от поздних расчетов:
Кардинал досточтимый Ланг
Будет век доживать идиотом.
Гёц Берлихинген жизнь проведет
Под бессрочным домашним арестом.
На кого благодать снизойдет?
Никому никогда не известно.
Неизвестно, что ждет впереди
И когда заживется привольно…
А слепые всё будут идти —
Через годы и беды, и войны.
Снова вспыхнет неравный бой,
Прозвучат боевые клики…
Будет много крестьянских войн —
И великих, и невеликих.
Много будет…
И век не один
На безвестных костях созреет.
А слепые всё будут идти —
До тех пор, пока не прозреют."
Портрет Казимира. Лукас Кранах Старший